В октябре 2025 года Комиссия Государственного Совета Российской Федерации по направлению «Инвестиции» определила необходимость готовности в ближайшие годы принять западный бизнес назад. Дата возвращения к досанкционному периоду намечается на 2029-2030 годы.
По нашим сведениям, в Роспатент поступили заявки от десятков крупнейших брендов мира типа Шанель, Прадо, Ролекс с просьбой о предоставлении им прежнего статуса, который они утеряли в силу известных причин 2 года назад.
По мнению экспертов, большее число брендов работает под «зонтиком» других компаний. Например, Зара — под вывеской турецкой компании Мамма. Не менее 25 компаний в сфере парфюмерии, женских и мужских аксессуаров и одежды работают под различными вывесками и не уходили с российского рынка вообще.
Случайно оброненную фразу министра экономики Максима Решетникова о том, что большая часть западных брендов-беглецов возвращаются на рынок, о чем ведутся переговоры, обозреватели подтверждают каждый день. Российская экономика не досчиталась порядка 60% венчурного капитала, необходимого для стабильного поступательного развития. Для экономики важно его вернуть, но при этом бережно по отношению к инвестициям, сделанным российскими компаниями. Никогда прежде, тем более сейчас ни одна страна при темпах развития выше 1.3% ежегодно не обходилась без венчурного капитала.
СССР поднялся на уровень крупнейших индустриальных стран благодаря беспрецедентному вливанию венчурного капитала, который позволил ему стать промышленно развитой державой, в том числе впоследствии победить в самой страшной кровавой войне — Великой Отечественной.
Альберт Кан и Саул Брон, которым Серго Орджоникидзе в 1929-1932 годах[ обеспечил 1500 американских проектов в сфере тяжелой промышленности, обеспечили не только прибыли «Амторг», но и промышленное развитие СССР . Бурные этапы индустриализации были замешаны на двух составляющих: ноу-хау-венчурный капитал из США и практически бесплатные людские ресурсы, высвобожденные в результате коллективизации. Это хорошо описано Институтом российской истории, в том числе в работах академика Руслана Хасбулатова.
Плеяда современных исследователей один за другим доказывают: ни одна экономика не способна динамично развиваться без регулярного и гармоничного поступления прямых иностранных инвестиций (ПИИ). «Подвижки» в этой сфере, кем бы и как они ни обосновывались, от лукавого.
Сталкивать проблемы политики с проблемами поступательного и качественного роста уровня жизни населения не стоит — в конечном счете это бумерангом обернется по элите.
Политические катаклизмы имеют экономическую подоснову. За редким исключением, это раздел имущества между великими державами. В основном — борьба за минеральные ресурсы. Все три войны в Европе начинались и заканчивались замирением Эльзаса и Лотарингии — конфликт шел с последней франко-прусской войны из-за угля и стали. Поэтому первая послевоенная экономическая организация была ЕОУС — Европейское объединение угля и стали 1951 года Это было креатурой британского премьер-министра Уильяма Черчилля, канцлера Германии Конрада Аденауэра,,министра иностранных дел Франции Робера Шумана и премьер-министра Италии Альчиде де Гаспери
Политики прошлого наивно полагали, что с созданием ЕОУС закончатся все конфликты в Европе. Клятвенные заверения в этом делались всеми великими державами.
Возвращение крупнейших брендов в Россию — яркий показатель того, что все конфликты будут закончены и мировая экономика восстановит свои права и начнет дышать полной грудью. Весь венчурный капитал будет возвращен. Крупнейшие бренды мира понимают, что если они не подтвердят права на российской земле, то ушлые коммерсанты, воспользовавшись их жизненным пространством, будут зарабатывать на их ноу-хау и логотипах не менее 25 миллиардов долларов в год.
